Ты бессилен перед любовью!

В медитации ощутила сильную боль в сердце, увидела насыщенный красный цвет — цвет агрессии. Почувствовала, что меня просто трясет от злости — вскочила, стала стегать подушки ремнем, боксовать руками, колотить ногами по дивану — удары были очень энергичными, но полного разряда злости не получила…Стала задавать вопросы:

— На кого я так сильно злюсь? Я просто в ярости! Я киплю от гнева, от злости, меня трясет! Хочется рвать и метать! Почему я злюсь? Что происходит?

— Меня не взяли с собой, а я очень этого хотела! Меня оставили дома, а я хотела идти с ними! Меня бросили! Меня не любят! Не хотят со мной побыть хотя бы минуточку! Все время бросают! Я им совсем не нужна, не интересна! Им лучше без меня! Мне очень обидно! Хочется кричать во все горло! Только это не поможет, им без меня лучше! Плевать на меня! Кто я такая? Что из себя воображаю?! Мелочь пузатая! Только и всего. И что бы я ни делала, как бы я себя ни вела, ничего не изменится. Это незыблемо!

Да, опять старая история…Я все никак не могу признать поражение, что я бессильна пробудить мамину любовь…Пока еще не приняла этого, поэтому и злюсь, и боль в сердце… Читать далее

Реклама

Я — обыкновенная!

Наконец, задумалась, что же со мной происходит, почему я довожу себя до стресса?

Стресс — мобилизация всех сил организма, чрезмерное напряжение. Я мобилизовала все свои силы на что-то очень важное для меня, и всегда так делаю — стресс у меня хронический! На что я мобилизую все силы? На работу! На цель! Это уже не просто честолюбие и амбиции, это — одержимость!

Да! Узнаю себя и маму! Именно эта идея служения «великому» — причина моего хронического стресса! И идет это из глубокого детства, от мамы, возможно еще из утробного состояния, потому что мама уже тогда была одержимой.

Как же одолеть эту одержимость? Этот фанатизм?

Да! Все у меня перевернуто с ног на голову! Всегда считала, что идеализм — это хорошо, возвышенно, а материализм — это приземленно, плохо.

Только сейчас вижу, как эта «великая идея служения» пронизывала всю мою жизнь и жизнь мамы, «раньше думай о Родине, а потом — о себе». Хотя, эта идея была гораздо масштабнее — идея всего нашего народа в то время! Мы строили коммунизм!

Читать далее

Спасибо тебе, мамочка!

Вышла из медитации, но через какое-то время почувствовала, что идет послание:

— Почему я не хочу вылезать из утробы? Там же темно, и надо сидеть скрюченной, не интересно — делать совершенно нечего!
— Но это же и здорово! Ни о чем не беспокоишься, на всем готовом, никто на тебя не кричит, не обижает! Красота! Ты в безопасности! А там страшно — везде опасность! Только смотри в оба! Все обижают, угрожают, ругают, заставляют! Нет покоя ни днем, ни ночью! Только работай, весь день бегай по полям голодный, как собака! И никто не похвалит! Все на тебе! На твоих плечах! Ты за все отвечаешь! А попробуй заставить всех работать! Никто не хочет работать сам, все ругаются на тебя! А с тебя спрашивают, чтобы все было сделано как надо! Я же не семижильная! Тащить такую ношу! Я хочу отдохнуть и повеселиться! Я же молодая! И хочу жить радостно! А нужно работать на совесть, не покладая  рук! Мне так велели! На меня вся надежда! Иначе все развалится! Все будут сидеть голодными и холодными! И нечем будет кормить детишек! Читать далее

Не хочу ждать!

В медитации задумалась — почему я не принимаю чужие советы? Окунулась в младенчество:

— Они мне ничего хорошего не дают. Советуют, что нужно смириться, принять, что со мной нет ни мамы, ни папы, что я брошена, никто меня не любит, я никому не нужна. И нужно это терпеть, и принимать, и ждать. Другой человек не может мне дать хороший совет, так как он дает его от головы, а я страдаю сердцем! А я не хочу ждать! Мне все это нужно сейчас! Без этого мне очень плохо, я умираю от тоски, так хочется, чтобы меня погладили, приласкали, выслушали меня, поболтали со мной, погуляли. Я могу подождать маму, но когда она придет, чтобы она была внимательна ко мне, ласкала меня, слушала, гуляла со мной — тогда я бы чувствовала, что она тоже скучала по мне и спешила ко мне каждую свободную минуту! Читать далее

Мама, где ты?!

Вечером, после чтения А. Лоуэна о гневе ребенка на маму за то, что она его оставила, в груди ёкнуло, потекли беззвучные слезы. Увидела картинку, как меня, маленькую крошечку, увозила бабушка, а мама отмахивалась от меня и спешила на работу. Слезы нарастали и по количеству, и по громкости, пока не перешли в рыдания. Я глубоко дышала, сквозь рыдания стали прорываться слова «зачем?» (ты меня родила), пошли гневные непроизвольные движения рук и ног. Пришел муж с работы и сбил меня с этого очистительного процесса. Блок не вышел до конца, легкости не почувствовала. Но эти 20 минут рыданий были для меня шоковым откровением — я всегда жалела маму и все время «тряслась» за нее! Вот те на! Читать далее